Двадцать лет назад умер Григорий Горин. Один из самых ужасных дней моей жизни. Мы с Игорем Иртеньевым помчались - уже не к нему - на Аэропортовскую, как будто это могло что-то изменить... Там уже сидел потерянный Игорь Кваша и его жена, Татьяна. Был Марк Захаров...
Люба Горина ходила по квартире, держа в руках и прижимая к себе гришину пижаму... Случившееся не доходило до сознания. И в каком-то смысле – так и не дошло.
Ну, не должен он был умирать!
За месяц до этого, в Нижнем Новогороде, с Гориным случился первый сердечный приступ. Скорая приехала не сразу – первыми в отель "Волжский откос" приехали местные телевизионщики. Очень были расстроены, помню, что сюжет сорвался: врачи успели снять приступ.
Он тогда сказал мне: иду по графику отца: первый инфаркт в 60 лет…
На следующий день мы с ним ехали в Москву, и это был последний раз, когда я его видел.
Я взял с Горина слово, что он отнесется к произошедшему серьезно, и он ответил: конечно, я же врач… Я позвонил через несколько дней, и он заверил: сходил, сделал кардиограмму.
- И что? – глупо спросил я.
Горин ответил:
- Некоторые зубцы мне удались.
Чертова "скорая" двадцать лет назад, приехав в полночь, не уговорила его немедленно ехать в больницу: он решил пойти в поликлинику с утра. А в пять утра ударило снова, и врачи новой "скорой" не смогли уже ни попасть катетером в вену, ничего…
Ужасный день, которого не должно было быть.
Невыносимо, что нет Горина.
! Орфография и стилистика автора сохранены
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
