Краем глаза следил за великой битвой между представляющим новую этику изданием "Холод" и представляющим старую этику яблочником Александром Кобринским. Фабула, вкратце, такова: прогрессивное издание "Холод" написало лонгрид в духе времени: дескать, профессор Кобринский, в бытность преподавателем, трахал студенток. Галя, у нас отмена! Но отмены внезапно не случилось - случился иск о защите чести и достоинства. При этом герой, в общем-то, сам признался, что спал со студентками - у него это называется "ухаживания" и "отношения". Однако статья "Холода" примерно наполовину посвящена обвинениям в насилии, недобровольном БДСМ и тому подобного, и эта половина - целиком построена на анонимных свидетельствах. Сплошное "имя героини изменено". Вот именно это гневно отрицает отменяемый профессор.
Вопрос "ухаживаний" и "отношений" со студентками должен закрываться просто - увольнением с волчьим билетом. Но фигурант уже пару лет как уволился из вуза. Кобринский с его группой поддержки люди неприятные - они там на полном серьезе сравнивают происходящее с советскими репрессиями и пишут, что все это кампания против видного оппозиционера. Но с другой стороны еще неприятнее издание "Холод", убежденное, будто строить материал на анонимках - это не уровень помойного таблоида, а настоящая журналистика. И соответствующая публика, свято убежденная, что "патриархат рубят - щепки летят", а любые соображения due process, сомнения в пользу обвиняемого - уступки классовому врагу. Суд по всей видимости выглядел так: "Ответчик, доказать обвинения можете?", - "Эм, ой, нет, но ведь патриархат..." Итог немного предсказуем - Кобринский обогатился на 300 тыс. Говорит, отдаст деньги детям, а мог бы - в "Насилию.нет"
Доверия все это, конечно, не вызывает. К тому же у нас есть пример другого прогрессивного издания "Докса", которое тоже обвиняло одного преподавателя на основании анонимного свидетельства. Но там "жертва" после публикации заявила, что ее слова переврали.
А "журналисты" потом еще долго хлопали глазами в формате "а что такого, мы ведь ради правого дела".
Однако стоит помнить также, что правда и ложь в таких делах не есть нечто дискретное. Память штука не слишком надежная, особенно когда идет речь о делах 10-20-летней давности, сопряженными с переживанием сильных эмоций. В итоге мы имеем "полуправду", которую можно разбить правильными вопросами, а можно наоборот - усилить (поэтому в состязательном процессе допрашивать свидетелей могут обе стороны). Но здесь невозможно поднять источники и понять, как оно было, ведь "имя изменено по просьбе героини".
В итоге мы имеем набор обвинений, которые невозможно верифицировать. Соответственно, вопрос доверия из области рациональный попадает в область эмоциональную - в бой идет эмпатия. Вы либо сочувствуете "анонимным жертвам", либо "пострадавшему от травли". Так сам кейс Кобринского превращается в идеальный маркер для разделения на "своих" и "чужих", где каждый высказывается не потому, что взвесил факты, а для того, чтобы обозначить свою принадлежность к своему племени. Вы за новую этику или за старую? За бумеров или за зумеров? За фейсбук или за твиттер? Choose your fighter.
! Орфография и стилистика автора сохранены
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
